Том 20 № 2 (2026): ВОПРОСЫ УПРАВЛЕНИЯ

Введение. Актуальность исследования обусловлена ростом социальной значимости проблемы трудовой занятости и профессиональной адаптации молодых мужчин с приобретённой инвалидностью в условиях реализации приоритетов демографической и социальной политики Российской Федерации. Приобретённая инвалидность у молодых мужчин выступает сложным социальным феноменом, влияющим на жизненные стратегии, социальную интеграцию и воспроизводство человеческого потенциала. Целью исследования является социологический анализ трудовой занятости и профессиональной адаптации молодых мужчин с приобретённой инвалидностью через призму их ресурсного потенциала как совокупности индивидуальных, социальных и институциональных ресурсов.

Материалы и методы. Эмпирической базой исследования послужил Всероссийский анкетный опрос мужчин с приобретённой инвалидностью в возрасте от 18 до 35 лет (N=419). Выборка сформирована методом целевого случайного отбора с учётом возраста, наличия инвалидности и места проживания.

Результаты. Результаты исследования показывают, что большинство молодых мужчин с приобретённой инвалидностью обладают значительным образовательным ресурсом: высшее и среднее профессиональное образование имеют 72% опрошенных. Значительная часть респондентов включена в трудовую деятельность либо ориентирована на неё, что свидетельствует о сохранённом трудовом потенциале. Выявлены институциональные и социально-экономические ограничения, препятствующие полной реализации данного потенциала, включая ограничения мобильности, трудовых функций и материальные трудности. Полученные данные подтверждают, что трудовая занятость данной группы формируется на пересечении индивидуальных, социальных, институциональных и культурно-ценностных ресурсов и условий их поддержки.

Обсуждение. Полученные результаты расширяют понимание ресурсного потенциала молодых мужчин с приобретённой инвалидностью в контексте мировой научной дискуссии о социальной инклюзии и управлении человеческими ресурсами. Исследование подтверждает необходимость системного межсекторного взаимодействия государства, рынка труда, семьи и институтов гражданского общества для повышения эффективности профессиональной адаптации данной группы. Перспективы дальнейших исследований связаны с анализом региональных различий, мониторингом эффективности мер активной политики занятости и развитием управленческих механизмов, ориентированных на раскрытие ресурсного и демографического потенциала молодых людей с инвалидностью.

Введение. Трудовой потенциал современной студенческой молодежи представлен в виде процесса развития у молодых людей знаний, навыков, опыта и мотивации, необходимых для их успешной трудовой деятельности. Целью статьи является определение факторов формирования и развития трудового потенциала молодежи, которые напрямую коррелируются со спросом на рынке труда.

Материалы и методы. Использованы: результаты опроса молодых россиян, проведенного в 2025 году Всероссийским центром изучения общественного мнения (ВЦИОМ), о перспективах трудоустройства молодежи; анализ сервиса по поиску работы и персонала «Зарплата.ру»; а также авторский онлайн-опрос на тему «Культура безопасности в студенческой среде», проведенный в феврале-марте 2025 г. среди студентов (n=476), обучающихся в вузах Центрального и Приволжского федеральных округов.

Результаты. Особенностью молодежного сегмента рынка труда сегодня является вовлеченность в неформальный сектор, распространение индивидуального предпринимательства и самозанятости (в том числе с использованием цифровых платформ), ускоренное внедрение гибких форм работы, прежде всего – дистанционной занятости. Выявлены значимые для молодежи современные тенденции рынка труда: рост спроса на молодых специалистов без опыта работы; широкое распространение удаленных и смешанных (гибридных) форм работы и учебы; переход телетруда, аутсорсинга и аутстаффинга персонала из категории нестандартных форм в стандартные. Надпрофессиональные навыки (soft skills) являются для работодателя даже более значимым фактором при рассмотрении кандидата на вакансию, чем его специальные профессиональные навыки (hard skills). Такие качества, как умение работать в команде, коммуникабельность, обучаемость, способность адаптироваться и эмпатия, оказывают решающее влияние на карьерный рост.

Обсуждение. Зафиксировано изменение мотивов студентов на совмещение учебы с работой: если ранее ведущий мотив был связан с финансовыми трудностями, то сегодня такое совмещение определяется стремлением к профессиональному развитию для выстраивания своего карьерного трека.

Перспективным является дальнейшее исследование готовности работодателя развивать гибкие формы занятости; отдавать приоритет не столько опыту кандидата, сколько оценке потенциала работника. В соответствии с запросом рынка труда вузовскому сообществу важно находить формы интеграции развития надпрофессиональных навыков в образовательные программы; формируя у студентов готовность к постоянному обучению и саморазвитию.

Введение. В современном научном дискурсе сохраняется значительный разрыв между макроэкономическими исследованиями региональных рынков труда и микросоциологическими исследованиями трудовых стратегий, особенно молодого поколения. Цель – исследование диспозиций молодежи в отношении карьерных стратегий: определение типологии карьерной мотивации и поведения, показателей жизненного планирования и факторов принятия карьерных решений, перспектив в реализации предпринимательских инициатив.

Материалы и методы. В статье представлены материалы ежегодного мониторинга социальных стратегий региональной молодежи (2024 год), проведенного в Белгородской области (n=5847), характеристиками выборки стали пол, возраст, тип и территория поселения (районы области), деятельностный статус респондентов (учащаяся, студенческая, работающая молодежь).

Результаты. Среди карьерных стратегий молодежи превалируют ориентация на карьерный рост («рационалисты») и карьерные достижения («активисты») (2/3 респондентов). Группа «рационалистов» характеризуется минимальной вовлеченностью в общественную деятельность, занятие которой, с их точки зрения, не оказывает существенного влияния на карьерный рост. «Активисты», напротив, воспринимают общественную деятельность как ресурс для формирования лидерского опыта, управленческих компетенций и публичной репутации. Карьерный «пессимизм» зафиксирован среди молодежи с низким уровнем экономического дохода, проживающей в небольших городах и сельских территориях, что указывает на ограниченность социальных лифтов и неравенство в доступе к качественным карьерным траекториям. «Пацифисты» (отказывающиеся от карьерной гонки) склонны к виртуальной социальной активности, которая, однако, не конвертируется в реальный организационный опыт. Выявлен высокий уровень ориентации молодежи на предпринимательство, однако реальная включенность в бизнес остается крайне низкой, что актуализирует необходимость поддержки молодежного предпринимательства со стороны региональных властей.

Обсуждение. Обозначены риски, связанные с повышением миграционного оттока молодежи из Белгородской области на фоне приграничного положения региона, что обусловлено вопросами безопасности и поиска карьерных возможностей. Анализ конкурентных для карьеры стратегий молодежи (общество, семья, здоровье) идентифицировал системные риски, связанные вероятностью формирования симулятивных форм гражданской активности, репродуктивной рестрикции, отложенных здоровьесберегающих потерь в группах с высокой карьерной мотивацией.

Введение. В условиях старения населения и снижения доли молодого поколения в структуре рабочей силы для экономического роста страны становится важным качество трудового потенциала. Цель работы заключается в анализе изменений характеристик качества трудового потенциала молодежи за последние десятилетия и их связи с результативностью труда (на примере Вологодской области).

Материалы и методы. Информационную базу составили данные официальной статистики и мониторинга качества трудового потенциала населения Вологодской области, проводимого с 1997 года Вологодским научным центром РАН. Ежегодная выборка составляла 1500 человек. Исследование проводилось с помощью индексных методов расчета качества трудового потенциала молодежи и результативности труда, корреляционного и регрессионного анализа для выявления связи между качественными характеристиками трудового потенциала и результативностью труда молодежи (в программной среде IBM SPSS Statistics).

Результаты. Представлена динамика качества трудового потенциала современной молодежи, определены ее конкурентные преимущества. Наблюдается рост психофизиологического потенциала, что, возможно, свидетельствует о высоком уровне адаптивности молодого поколения к ситуациям нестабильности. Выявлен устойчивый рост коммуникативного потенциала, социальной активности молодежи и ее нравственного уровня, что свидетельствует о ее реагировании на соответствующие запросы сервисной экономики и востребованные на рынке труда навыки командной работы, коммуникабельности, стрессоустойчивости. Высокий уровень указанных параметров позволяет молодежи достигать высокой результативности труда. Среди слабых сторон выделено устойчивое снижение когнитивного и творческого потенциала молодежи, что может создавать риски для инновационного развития экономики и качества человеческого капитала.

Обсуждение. В рамках образовательных программ необходимо активизировать формирование когнитивного и творческого потенциала (как «западающих» компонентов качества трудового потенциала), а также нравственных ориентиров молодежи, которые выступают ключевым предиктором результативности трудовой деятельности. Перспективы исследования связаны с анализом внешних факторов, которые могут влиять на результативность труда (организационных, мотивационных, условий труда), изучением гендерных и поселенческих различий в качестве трудового потенциала молодежи.

Введение. В статье поднимается проблема «экономического пессимизма» молодого поколения работников, связанного с убеждённостью молодёжи в том, что их трудовые усилия не гарантируют достойного вознаграждения. Целью статьи является анализ социально-политических факторов, препятствующих политизации экономического пессимизма и ограничивающих устойчивый рост трудового потенциала российской молодёжи.

Материалы и методы. Эмпирической основой статьи выступают данные всероссийского социологического мониторинга «Как живёшь, Россия?». Использованы методы сравнительного анализа, индексного измерения субъективных установок и контент-анализа официальных документов. Ключевая аналитическая группа – респонденты, согласные с утверждением «Сколько ни работай, материального благополучия себе не обеспечишь».

Результаты. Ежегодно не менее 30% молодёжи (в 2025 году – 38,2%) отвергают связь между трудом и материальным благополучием, при этом сохраняя высокую лояльность к федеральным институтам власти. На основе межгруппового сравнения реконструирован комплексный портрет «трудового пессимиста»: не маргинализированного индивида, а социально включённого участника рынка труда, разочарованного в справедливости системы субъекта, чья пассивность поддерживается за счёт веры в государство как гаранта порядка, а не благосостояния.

Выявлено противоречие между наличием трудовых компетенций и готовностью их практической реализации – эрозия трудового потенциала как системного ресурса. Молодёжь не отвергает труд как таковой, но утрачивает веру в его способность обеспечить достойное существование. Государство воспринимается как гарант стабильности, что позволяет сохранять политическую легитимность даже при разрушении экономической составляющей социального контракта. Высокая лояльность выступает как латентный резерв, компенсирующий экономический пессимизм, но такая ситуационная стабильность остаётся хрупкой. Потенциальные триггеры дестабилизации – внешние или внутренние кризисные события, ослабление гарантий безопасности, углубление социального расслоения способны актуализировать накопленное недовольство.

Обсуждение. Результаты указывают на необходимость перехода от формальных показателей занятости к восстановлению доверия к сущностным качествам социальной справедливости, самого института труда через прозрачные и действующие механизмы мобильности, справедливые зарплаты и преодоление гендерных диспропорций. Игнорирование этих вызовов наращивает скрытый ресурс социальной напряжённости.

Введение. Активность общностей научно-педагогических работников, студенчества, административно-управленческих работников и характер их взаимодействия с региональным социумом влияет на успешность реализации «третьей миссии» университетов, устойчивого развития регионов и университетской науки. Цель статьи – изучить характер взаимодействия научно-образовательных общностей вузов Уральского макрорегиона с региональной властью в реализации социальной миссии высшего образования, выявить критерии и проявления (не)успешности данного процесса.

Материалы и методы. Теоретическая рамка исследования базируется на теориях социальной общности, действия и взаимодействия, поколений, теории стейкхолдеров. Эмпирические данные получены на основе анализа статистики Минобрнауки РФ, сайтов вузов и научных организаций Уральского Федерального округа и двух волн интервью с научно-педагогическими и административно-управленческими работниками вузов округа (суммарно N=116).

Результаты. Получены новые данные о численности поколений изучаемых общностей в региональном разрезе УрФО. Выявлена взаимосвязь неоптимальной поколенческой структуры вузовских общностей с демографической ситуацией, социальными факторами и образовательной политикой. Особенностью взаимодействий общностей вузов и властных структур является их строго формализованный характер и асимметричность в силу различий в объемах полномочий и контролируемых ресурсов. Противоречивость и несбалансированность взаимодействия основана на различиях в понимании управленческих задач, стоящих перед властными структурами, и возможностей вузов в их научном обеспечении, ограниченности коммуникативных каналов.

Обсуждение. Университетское научное пространство выступает социальным пространством и механизмом реализации «третьей миссии» университетов. Выделены показатели успешности «третьей миссии»: программы научно-технологического развития субъектов макрорегиона, мегапроекты, меры господдержки в форме региональных научных грантов, стипендиальных и премиальных программ. К негативным тенденциям реализации социальной миссии отнесены бюрократизация вузовской науки, барьеры в регулировании отношений властных структур и научно-педагогического сообщества вузов, несбалансированность поколенческой политики. Сделан вывод о необходимости гармонизации взаимодействия университетского научно-образовательного сообщества и региональных властных структур в существующем едином правовом поле и в рамках общих целей и разработки соответствующих социальных технологий.

Введение. Актуальность исследования обусловлена дисбалансом современного российского рынка труда, проявляющимся в парадоксальном сочетании острого дефицита кадров с трудностями трудоустройства выпускников по специальности. Наблюдается разрыв между институтами образования и потребностями реального сектора экономики. Цель исследования: социолого-педагогический анализ института стажировок как инструмента расширения карьерных возможностей молодежи и преодоления указанного структурного дисбаланса.

Материалы и методы. Методологическую основу составили сравнительный анализ нормативно-правовых документов и экспертных публикаций для дифференциации понятий «практика» и «стажировка», а также данные социологического исследования «Оценка карьерных возможностей молодежи», проведенного авторами в декабре 2024 г. среди 1173 студентов и выпускников профессиональных образовательных организаций и образовательных организаций высшего образования в возрасте 18–28 лет.

Результаты. Определены ключевые различия между механизмами «практик» и «стажировок». Хотя «практика» остается наиболее популярным форматом взаимодействия образовательной организации и работодателя, «стажировка» рассматривается молодежью как форма самостоятельного наращивания карьерных возможностей. Представлены мотивационные установки молодежи в вопросе прохождения стажировки: помимо утилитарной задачи получения опыта, стажировка выполняет компенсаторную функцию, обеспечивающую восполнение пробелов формального образования; а также рефлексивную, направленную на проверку собственной профессиональной пригодности и идентичности. Выявлен приоритет карьерного роста над уровнем заработной платы, что свидетельствует о смещении ценностных установок мотивированной молодежи от ориентации на краткосрочную материальную выгоду в сторону долгосрочной ориентации на профессиональное развитие.

Обсуждение. Для научного дискурса представляется важным социолого-педагогический анализ стажировки как формирующегося социально-образовательного института. Полученные результаты служат ориентиром для работодателей в проектировании эффективных стажерских программ; для образовательных организаций – в необходимости большей гибкости и интеграции с реальным сектором; для государства – в необходимости вариативной поддержки данного института. Перспективы исследования связаны с проведением лонгитюдных исследований для оценки долгосрочных эффектов стажировок и других практико-ориентированных инструментов подготовки кадров.

Введение. Актуальность исследования обусловлена рисками, которые могут создавать нерешенные поколенческие противоречия для качества образования и науки, воспроизводства кадров и устойчивости вузов. Цель статьи – выявить и систематизировать ключевые проблемные зоны, триггеры конфликтов и предложить пути гармонизации межпоколенческих взаимодействий в современном российском университете.

Материалы и методы. Эмпирическую основу образует 41 полуструктурированное интервью с представителями научно-педагогических работников (n=20) и административно-управленческих работников (n=21) вузов Уральского федерального округа. Выборка формировалась с учетом регионального представительства, типа вуза, дисциплинарного профиля и уровня управления. Для анализа использовался комплекс качественных и количественных методов обработки текста, включая выделение смысловых ядер интервью, частотный анализ ключевых слов и визуализацию данных.

Результаты. Несмотря на то, что в целом информанты характеризуют отношения как бесконфликтные, детальный анализ выявляет скрытые проблемные зоны, которые могут нанести ущерб в долгосрочной перспективе. К числу таких зон относятся: технологический разрыв, ценностные различия, взаимное непонимание и конкуренция за ресурсы (должности, финансирование, ставки). Основными триггерами обострения проблем респонденты называют цифровизацию, последствия пандемии, государственную политику («Приоритет-2030» и прочие программы), реформы в образовании и возросшую нагрузку. Отношение к существующей политике омоложения кадров неоднозначно, а главным ее риском считается потеря опыта, разрыв поколений и утрата научных школ.

Обсуждение. На основе результатов предложены четыре принципа, направленных на гармонизацию межпоколенческих отношений: 1) равноправие и взаимное уважение; 2) непрерывное и взаимное обучение, включая институционализацию наставничества; 3) сбалансированная политика возраста, учитывающая риски для преемственности знаний; 4) формирование инклюзивного корпоративного духа. Полученные данные и выводы могут быть использованы для разработки эффективной кадровой и управленческой политики в университетах, направленной на превращение многопоколенности в ключевой ресурс развития.

19 мая 2026 года в стенах Института социальной демографии ФНИСЦ РАН (г. Москва, ул. Фотиевой, д. 6, корп. 1, зал Ученого Совета) состоялся научно-практический семинар, посвященный совершенствованию государственно-правового регулирования защиты прав ребенка в контексте демографической безопасности Российской Федерации.

Научно-практический семинар проводился в рамках реализации Стратегии действий по реализации семейной и демографической политики, поддержки многодетности в Российской Федерации до 2036 года, а также национального проекта «Семья» и был организован Институтом социальной демографии ФНИСЦ РАН, Координационным центром развития кадрового потенциала в области демографии ФНИСЦ РАН, Научным советом РАН «Демографическое развитие и демографическая политика Российской Федерации» при поддержке Уполномоченного при Президенте Российской Федерации по правам ребенка.

В работе семинара приняли участие представители органов государственной власти и управления, научно-образовательного, экспертного и гражданского общества, сотрудники правоохранительных органов.